Человек – продукт эволюции?! Всё ли тут так однозначно?! - Артемий Низовцев
Шрифт:
Интервал:
Закладка:
Признание единственности известного мира, несмотря на усилия выдающихся мыслителей и науки в целом, не позволяет объяснить принципы и причины функционирования мироздания.
В соответствии с этим «безвыходным» положением на первый план неизбежно выходит религиозная картина мира, в соответствие с которой за первопричину мира признается некая внешняя сила, несмотря на всю ее фантастичность и противоречивость. При всём этом, многие достаточно образованные люди всё равно верят в нее именно вследствие понимания ими отсутствия хоть сколько-то правдоподобного объяснения мироздания как с онтологической, так и гносеологической позиций в рамках непродолжительной человеческой жизни и конечности существования всего человеческого рода.
Поэтому предложенная нами дуальная модель мироздания, предполагающая необходимость конечного для «выхода» бесконечного через конечное в существование (см. выше), может оказаться актуальной.
В частности, объяснение конечного существования любой вещи нашего мира, то есть первопричина неизбежности ее распада, заложена в высокочастотном обновлении голографической проекции с соответствующим появлением времени. В ходе этого процесса обновления вещей уже нашего мира, производного голографической проекции Единого, – от неживых объектов до вещных компонентов живых тел – число сбоев постепенно растет в силу невозможности идеального хода любого самого совершенного процесса. Поэтому наиболее сложные образования (живое, или организмы с геномом) живут недолго по сравнению со временем существования более простых неживых образований аналогичных размеров, число уровней функционирования которых несопоставимо и надежность систем соответственно разнится.
Высокочастотным обновлением голографической проекции как основы бытия объясняется и возможность эволюционного процесса живых организмов, то есть объектов бытия, снабженных геномом, которые так же, как их основа – голографическая проекция, обновляются, испытывая сбои – случайные отклонения (мутации). Мутации предполагают дальнейшие изменения, составляющие со временем в приемлемых условиях целую гамму так или иначе меняющихся существ разной степени сложности, достигая в итоге той степени сложности в сочетании с адаптивностью, которая позволяет приступить к формированию перла бытия – креативного существа.
Каждое индивидуальное сознание в любом живом само по себе не является вещью, имея иную структуру и собственные действующие программы, используя лишь определенные материальные комплексы данного измерения, которые и определяют конечность тела живого существа.
Потеря для сознания (живого) тела-носителя из данного измерения, сравнительно длительно росшего и развивавшегося совместно с ним в соответствии с заложенными программами (кодами генома), означает «выпадение» индивидуального сознания из этого измерения. Правда, по инерции, сохраняя некоторые образы от недавно действующих органов чувств тела, еще не разблокировавшее себя индивидуальное сознание находится некоторое «время» в данном измерении. То есть индивидуальное сознание после смерти тела не теряет мгновенно свое «настоящее»: оно еще «видит» известный ему мир, но не способно действовать в нем.
Однако сознание находится в этом мире именно для того, чтобы действовать, а не только наблюдать. Поэтому оно «снимает» с себя блокировку и автоматически возвращается к «себе», то есть – непосредственно к единому сознанию, оставаясь в паузе между жизнями, слитым с ним, и вместе с тем отдельным, получая всё, что есть у единого сознания, но сохраняя своё, добытое в бесчисленных собственных жизнях.
Каждое индивидуальное сознание, как и любая вещь (пассивное), тоже частотная структура, и так же, как кажется, должна быть подвержена деформации, потере устойчивости и, стало быть, – утере своей особенности, или качества.
Как же тогда оно сохраняет в бесконечном прохождении через конечные образования свое индивидуальное качество, то есть является вечным?
Безусловно, частотные сбои, меняющие структуру индивидуального сознания, не могут не случаться в обновляющейся голографической проекции и, как следствие, в каждом его сосуществовании с телом-носителем.
Но, если вещь не способна сознательно корректировать происходящие с ней изменения – у нее как пассивного отсутствует стремление так или иначе сохранять свою особенность, которой она не сознает, у вещи имеются лишь простейшие механизмы обратной связи, предотвращающие ее хаотичный распад, – то любое живое существо, а не только самосознающее существо, всеми возможными способами, которых у него достаточно, цепляется за жизнь. Тем самым сознание сохраняет свою основную особенность – активность, или неизбывное стремление к изменениям в себе и вокруг себя.
Собственно, «погружение» сознания в конечное, живое существование раз за разом и есть решение проблемы сохранения себя в качестве активного.
Существование в вещах и среди вещей, а также рядом с иными сознаниями в виде живого, с одной стороны, позволяет сознанию по реакциям окружающего на свои действия корректировать структуру собственного ядра, как бы подпитываясь от распадающихся вещей, чтобы не утерять способность к стремлениям по сохранению своей коренной особенности – активности, а с другой стороны, позволяет пытаться использовать изменения, которые оно способно так или иначе ощущать и/или осознавать, с пользой для себя, а не во вред, что, в частности, проявляется в использовании мутаций для позитивных изменений.
Разнообразие ситуаций в каждом конечном существовании для любого индивидуального сознания означает обретение им среди бесконечного числа частиц сознания только одному ему присущего лица.
Так идет развитие живых существ и сознания в них, то есть исходные частотные сбои в структуре активного не приводят его к катастрофе (распад, или потеря формы), поскольку ядро активного восстанавливается в конечном, что делает частотную проекцию Единого устойчивой в целом, а каждую частицу сознания – способной участвовать в формировании времени и, как следствие, вещных миров во времени.
Таким образом, конечное необходимо бесконечному не только для функционирования дуального мироздания как вневременной и вместе с тем временной системы, которая этим самым удерживается в равновесии, но и для стабилизации активного в мироздании, что делает активное неизменным и вечным по своей сущности, но вместе с тем бесконечно меняющимся.
При этом, больше возможностей для развития среди всего живого имеют существа с самосознанием, которые понимают себя и, стараясь сознательно сохранить свою основу, не упускают возникающие возможности для собственных изменений – времени для этого у них предостаточно, так как имеющееся в них сознание его и формирует для собственного размещения каждый раз. Поэтому самосознающее существо, например, человек, в жизни есть и опора для сознания на его бесконечном пути по конечным островкам реальности, и вместе с тем плацдарм для изменения себя в каждой из реальностей.
Описанные выше причины не позволяют единому сознанию «пустить» дело формирования человека только на «самотек».
Иначе говоря, эволюционный ход развития, на пике которого появляется база в виде высокоразвитых приматов для формирования человека, по-видимому, недостаточен.
И если на этом пике единое сознание имеет возможность индуцировать в примата совокупность генов, переводящую его в разряд креативных существ, то в ходе той же эволюции единое сознание «получает» еще одну возможность для развития человеческих сообществ, благодаря, по крайней мере, сотням миллионов лет существования биосферы, вполне приемлемой для жизни существ, подобных человеку.
Поэтому единое сознание может копировать человеческие существа, точнее, прототипы человека, и размещать их в разные периоды на планетах с подходящими условиями жизни для их существования и развития в цивилизационные формы в то время, когда еще на этих планетах имеется только растительность и зачаточная фауна.
Данное предположение, например, отлично объясняет приведенные выше снимки следов динозавров вперемешку с человеческими следами.
Если же вспомнить, что любая человеческая цивилизация формирует собственное всё более уплотняющееся время (факт уплотнения времени объясняется ростом потоков информации с развитием цивилизации), завершающееся информационным коллапсом [5, гл. 4], то получает объяснение и сравнительно быстрое исчезновения технологических цивилизаций, продуктивный период существования которых в плане развития науки, культуры и технологий, вряд ли мог быть существенно больше десяти тысяч лет. Вместе с тем равновесные (нетехнологические) цивилизации, следы которых также обнаруживаются на Земле, могут существовать и сотни тысяч лет [8, гл. 2].