Хроники Земли Простой - Цокто Жигмытов
Шрифт:
Интервал:
Закладка:
— А ты куда задевался? — снова крикнула Бритва Дакаска. Пронзительности в её голосе при этом, наверное, даже добавилось.
Лань Дзинь осторожно выглядывавший из широких дверей храма, недоумённо приподнял бровь. Монахи начали переглядываться между собой, таким нехитрым способом выражая своё непонимание происходящего.
Откуда-то послышалось конское ржание.
— Иди сюда! — крикнула Бритва сердито. — Чего встал?
Ворота монастырской конюшни содрогнулись от мощного удара, затем с треском распахнулись, и во двор выбежал засёдланный вороной конь. Бритва бросила сковороду, каковая с глухим металлическим звоном запрыгала по булыжному монастырскому двору, и все присутствующие против своей воли какое-то время наблюдали за её скаканием. Бывают в мире такие явления, от которых невозможно оторвать взгляд, и если с пламенем, танцующей женщиной и чайным клипером всё понятно, то что заставляет смотреть людей на прыгающую по булыжной мостовой сковороду, автору совершенно неясно.
Наконец сковорода угомонилась, и все словно очнулись. Бритва легко взлетела в седло, и тут снова заорали сторожевые монахи.
— Великий Сунг, — сказал Бунь. — Что там ещё?
Где-то в отдалении запел императорский рожок.
Когда что-то идёт не так, то такое положение вещей стремится продлиться как можно дольше. Вот и эта глава никак не хочет заканчиваться, и поэтому мы закончим её мощным волевым, хотя отчасти, может быть, не совсем логичным усилием.
Глава 8,
праздничная
Большинство людей считает, что праздник — это хорошо. При этом это самое большинство эгоистично забывает о том, что праздник — он ведь не для всех праздник. Отчего-то никто никогда не поинтересуется, каково, к примеру, запальщикам фейерверка, назначенного на самый конец праздника, весь этот самый праздник ждать, будучи в трезвости и унынии, когда же наконец можно будет запалить проклятые запальные шнуры и присоединиться к толпам гуляющих с чувством исполненного долга. Конечно, некто легкомысленный и недалёкий скажет, что, в конце концов, когда огни фейерверка взовьются к небу, они своё получат. Но следует помнить, что и тогда запальщики останутся одиноки, поскольку все вокруг них уже будут основательно пьяны и веселы. А быть трезвым среди пьяных — удовольствие не из лёгких.
Читателю может показаться странным такое рода отступление, но терпение, наш дорогой друг, терпение! — и вы убедитесь, что это небольшое рассуждение о праздниках имеет под собой достаточно твёрдую почву.
Представьте себе степь.
Она не ровная, где-то покрыта холмами, кое-где имеются распадки.
Она покрыта короткой жесткой бледно-зелёной травкой, той самой, на которой алхиндцы предпочитают пасти своих грубошерстных баранов, поскольку только от этой невзрачной травки мясо их обретает вкус, который вы больше нигде не найдёте.
Представьте неширокую реку, рассекающую степь надвое.
И над всем этим — словно немного выцветшее от зноя голубое небо с редкими лоскутьями белых облаков.
И безжалостное солнце, от которого негде укрыться.
А теперь представьте себе множество юрт поставленных большим полукругом у реки. Возле юрт, образуя полукруг поменьше, торчат туги родов. Меж юрт ходят, занимаясь своими делами, тысячи людей, мычит, блеет, мекает скот, поднимаются неохотно к небу дымы кизячных костров, и слышится неумолчный гомон — такой, какой бывает на рынках и праздниках, а над всем этим великолепием стоит густой дух варящегося мяса.
Процессия с южанами и гостями с Запада перевалила через пригорок, и ставка Северного Алхиндэ открылась перед ними во всём своём размахе.
Картина эта не могла не впечатлить, и она впечатлила.
Маг, Аманда и Белинда в некотором ошеломлении какое-то время обозревали открывшиеся виды, пока Дам Дин не вывел их из этого состояния грубоватым призывом.
— Чего встали? — сказал он. — Поехали.
В ставке меж тем творилось что-то из ряда вон выходящее. Спускаясь вниз по склону, Хромой Сом ясно видел, как со всех концов Северной ставки к подножию холма, с которого они спускались, сбегаются люди.
Нападение, неожиданно для себя подумал маг, они готовятся к отражению атаки.
Ещё несколько минут, и процессия въехала в ставку. Люди смотрели на них неотрывно, и маг неожиданно осознал, что вся эта роскошная банда ожидает именно их. Сотни людей, все как один узкоглазые, многие голые по пояс, с поджарыми бронзовыми торсами, молча смотрели на чужеземцев.
Грянул какой-то оркестр, состоявший, судя по звучанию, в основном из медных тарелок, и из толпы выдвинулась процессия во главе с весьма представительного вида мужчиной.
Дам Дин подал своего коня вперёд и в результате некоего манёвра оказался слева и чуть позади представительного мужчины.
— Здравствуйте, — сказал представительный мужчина сынам Запада. Точнее сыну и дочерям Запада.
— Добрый день, — вежливо ответил Хромой Сом.
— Здравствуйте, — нестройным хором поддержали мага Аманда и Белинда.
Представительный мужчина склонил голову чуть влево, слегка скривив при этом лицо.
— Который? — спросил он уголком рта.
Дам Дин торопливо подал своё тело вперёд.
— Вот этот, — указал он рукой на Хромой Сома.
— Худой какой, — с сомнением в голосе сказал представительный мужчина.
Хромой Сом сморщил нос — его начало раздражать то, что все обращают внимание на его худобу.
— Знаете, как говорят, — сказал Дам Дин, поглядев зачем-то на Аманду. — Внешность бывает… э-э-э… врёт, в общем, иногда внешность.
— Кто это так говорит? — удивился представительный мужчина.
— Э-э-э, — сказал Дам Дин, — южане так говорят.
— Ах, южане, — скептически сказал представительный мужчина. — Ладно. Как его хоть зовут?
— Ураган Ортаска, — быстро сказал Дам Дин.
— Ах, Ураган, — сказал представительный мужчина, при этом скептицизма в голосе заметно прибавилось. Он с сомнением во взоре оглядел мага, вздохнул и спросил: — А костюм есть у Урагана Ортаска?
— Костюм? — переспросил маг. Вернее Ураган Ортаска.
— Ясно, — сказал представительный мужчина и снова вздохнул. — Отдыхайте. Борьба начнётся завтра после обеда.
Для Хромой Сома, как заезжей знаменитости, отвели отдельную юрту.
Туда же поместили и его спутников, и теперь Бухэ Барилдан, оказавшийся во всех смыслах самым крупным среди южан знатоком борьбы, обстоятельно рассказывал, что надо делать борцу перед турниром.
Начал он с предложения, в общем-то, справедливого, но здесь и сейчас совершенно неуместного.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});